-Тиль, я тут долго думала, может нам стоит переехать в город? - осторожно произнесла Мари, делая вид что рассматривает вышивку на полотенце, которым вытирала руки.

Скрытый текст 
-Опять этот разговор? - спросил Тиль, крепкий мужчина среднего роста, с рыжей шевелюрой и вечной улыбкой спрятанной в короткой густой бороде. Заметив что жена избегает встречаться с ним взглядом, продолжил - Не уподобляйся городским, падким на всяческие суеверия. Покажи им большого комара с Камских болот, они его тут же примут за вампира.

-Но не все же из суеверий неправда.
-Мы живем возле Леса уже почти три года, ты припомнишь что-нибудь по-настоящему опасное? Мы ведь даже ребенка завели - Тиль бросил взгляд, полный отеческой теплоты, на, собственноручно сделанную из бука, резную колыбель.
-Вот именно, сейчас он еще маленький, но когда он подрастет ему нужно будет общение с другими детьми, образование в конце концов, а до ближайшей деревни со школой полдня конного пути.
-Вот когда подрастет, вот тогда и посмотрим - он улыбнулся и обняв, успокаивающе погладил Мари по каштановым кудрям - а теперь мне пора, самое время проверить силки, в них наверняка уже кто-нибудь попался - Тиль закинул на плечо ружье и застегнув на поясе патронташ вышел из дома.
Ближе к вечеру, Тиль ,довольно посвистывая, направлялся домой. Довольство его было вызвано необычно богатой добычей, хоть из-за этого ему пришлось потратить больше времени чем он рассчитывал, но троица соболей сулили неплохой барыш, а пара кроликов - сытный ужин. Завидев свой дом, белевший новыми бревенчатыми станами на фоне темно-зеленого леса, он ускорил шаг, предвкушая фирменное жаркое от Мари.
Неожиданно, умиротворенную тишину летнего вечера разорвал испуганный женский крик. Бросив на землю тушки лесных зверей, Тиль рванул к дому, на ходу проверяя заряжено ли ружье. Первое что он увидел, вбежав в дом, была Мари, державшая в руках ухват и испуганно смотрящая в сторону окна. Проследив за направлением ее взгляда он увидел лишь неясное движение теней возле занавески. Но когда тень двинулась к колыбели и он смог ее рассмотреть, волосы у него на затылке встали дыбом. Тварь с гибким черным телом, похожим на нарисованного тонким угольком человека, текуче двигалась к мирно спящему ребенку, не спуская с людей гипнотизирующего взгляда глаз с неестественно ярко-желтой радужкой. Хоть за, плотно сомкнутыми, тонкими губами существа не было видно зубов, сомнений в его хищной природе не оставалось. Когда тварь схватила детское тельце, с Тиля наконец слетело оцепенение и он вскинув ружье выстрелил в Тварь, благо она держала ребенка в стороне, на вытянутых руках. Тиль был опытным охотником и метким стрелком, вот и сейчас его рука его не подвела, тварь дернулась, но не выпустив ребенка, прижала его к себе и выпрыгнула в окно. Не промедлив ни секунды, Тиль кинулся следом за тварью, которая уже добралась до опушки леса.
Тварь, за счет ловкости и тонкого телосложения, передвигалась по лесным зарослям очень быстро, но то ли рана оказывала свое воздействие то ли ярость, родителя у которого украли дитя, придавала сил и Тиль не отставал. Но человеческие силы не безграничны и охотник, поставив ногу не туда, все же потерял равновесие и упал. Тут же подскочив, он понял что уже не видит Тварь и даже не представляет куда она убежала.
Ругнувшись, Тиль кинулся искать следы призывая все свое охотничье мастерство, но тварь следов не оставляла и после пятнадцати минут поиска ничего кроме капли густой красной крови, упавшей на лист старого клена, он не нашел. Издав крик полный отчаянья, он упал на колени и зарыдал. Но тут невдалеке раздался ответный, куда более тонкоголосый плач. Тиль, проламывая кусты, направился к источнику звука. Возле старого, покрытого мхом, бревна неподвижно лежала Тварь, в ее боку зияла рана оставленная охотничьей пулей,а по закатившимся глазам уже ползали мухи. Рядом с ней плкал ребенок, Тиль, не веря своему счастью, тут же подхватил его на руки, проверяя все ли в порядке. Заметив что ничего кроме пары царапин нет, он облегченно вздохул и прижал дите к груди.
-Завтра же соберем вещи и направимся в город - пнув на прощание Тварь, Тиль пошел по направлению к дому.

Когда человеческие шаги стихли, Тварь моргнула, вспугнув, довольно потиравшую лапки, зеленую муху. Поднявшись на ноги, она достала из полого бревна бездыханное детское тельце и облизнув шершавым языком тонкие губы, обнажила в гримасе улыбки ряды тонких зубов. Детеныш пристроен, Тварь довольна.